- Гаррисон...
     Келлер подошел к шкафу, стоящему в углу, открыл его, достал оттуда конверт и протянул его Роберту.
     - Здесь на пятьдесят тысяч долларов в различных европейских валютах и двадцать тысяч долларов США. В конверте вы также найдете несколько комплектов фальшивых документов, которыми сможете воспользоваться.
     Генерал Хиллиард достал плотную блестящую черную пластиковую карточку с белой полосой.
     - Это кредитная карточка...
     - Сомневаюсь, что она понадобится мне, генерал. Наличных вполне достаточно, а кроме того, у меня есть кредитная карточка, выданная в военно-морской разведке.
     - Возьмите эту.
     - Хорошо. - Роберт осмотрел карточку. Она была выписана на банк, о котором он никогда не слышал, вверху имелся телефонный номер.
     - На карточке не проставлено имя, - сказал он.
     - Эта карточка аналогична открытому чеку, и указание имени владельца не требуется. Просто после каких-либо расходов вам надо позвонить по номеру, указанному на карточке. Очень важно, чтобы она все время находилась при вас.
     - Понял вас.
     - И еще, коммандер.
     - Да, сэр?
     - Вы должны найти этих свидетелей. Всех до одного. Я проинформирую директора, что вы приступили к выполнению задания.
     Совещание было закончено.

     Гаррисон Келлер проводил Роберта в приемную, где сидел человек в морской форме. При их появлении моряк встал.
     - Это капитан Доуэрти, он проводит вас в аэропорт. Желаю удачи.
     - Благодарю вас.
     Роберт обменялся рукопожатием с Келлером, который вернулся в кабинет генерала Хиллиарда.
     - Вы готовы, коммандер? - спросил капитан Доуэрти.
     - Да.
     Но к чему он был готов? За время службы в разведке у него было много сложных заданий, но никогда не было таких сумасшедших типа нынешнего. Ему предстояло отыскать неизвестное количество неизвестных свидетелей из неизвестных стран.
     - Мне приказано отвезти вас прямо домой, а оттуда на базу ВВС Эндрюс, - сказал капитан Доуэрти. - Там ждет самолет...
     Роберт покачал головой.
     - Сначала я должен заехать к себе на работу.
     Доуэрти замялся.
     - Ладно, я поеду с вами и подожду.

Страницы: (232) :  <<  ... 234567891011121314151617 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Однако "Солейль" стоит и будет стоять на высоте, поэтому я не мог выпустить такую редкую птицу. Он предложил больше, чем дал бы сам Барнум, воскреснув и явившись сюда со всеми своими зверями.
     Его предложение таково: он выступит перед публикой один раз; действительно один раз, ни больше, ни меньше, - без гонорара, без угощения, без всякого иного вознаграждения. - Эти три "без" Агассица свистнули солидно и вкусно. - Я предлагал то и то, но он отказался.
     По его просьбе, я сел в углу, чтобы не помешать упражнению. Он отошел к двери, подмигнул таинственно и лукаво, а затем, - без прыжка, без всякого видимого усилия, плавно отделясь в воздух, двинулся через стол, задержавшись над ним, - над этой вот самой чернильницей, - не менее двух секунд, после чего неслышно, без сотрясения, его ноги вновь коснулись земли. Это было так странно, что я вздрогнул, но он остался спокоен, как клоун Додди после того, как его повертит в зубах с трапеции Эрнст Вит. - "Вот все, что я умею, - сказал он, когда мы уселись опять, - но это я повторю несколько раз, с разбега и с места. Возможно, что я буду в ударе. Тогда публика увидит больше. Но за это поручиться нельзя".
     Я спросил - что он знает и думает о себе как о небывалом, дивном феномене. Он пожал плечами. - "Об этом я знаю не больше вашего; вероятно, не больше того, что знают некоторые сочинители о своих сюжетах и темах: они являются. Так это является у меня". Более он не объяснил ничего. Я был потрясен. Я предложил ему миллион; он отказался - и даже - зевнул. Я не настаивал. Он отказался так решительно и бесспорно, что настойчивость равнялась бы унижению. Но, естественно, я спросил, какие причины заставляют его выступить публично. - "Время от времени, - сказал он, - слабеет мой дар, если не оживлять его; он восстанавливается вполне, когда есть зрители моих упражнений. Вот - единственное ядро, к которому я прикован". Но я ничего не понял; должно быть, он пошутил. Я вынес впечатление, что говорил с замечательным человеком, хранящим строжайшее инкогнито...

Грин Александр Степанович   
«Блистающий мир»